К концу рассказа агента Жбачинский забыл о приеме в «Дононе». Он почувствовал азарт охотника и дрожь радостного возбуждения.

— Вы верите мне, Юрий Тимофеевич? — Диана смотрела на Жбачинского со страхом и надеждой.

— Не знаю, что и сказать. Слишком все фантастично.

— Значит, вы мне не верите?

— Я — да, но поверит ли начальство, вот в чем вопрос. Что еще мы можем предъявить, кроме ваших показаний?

— Вот что! — Диана поставила на стол маленький хрустальный флакончик, наполненный мутно-зеленой жидкостью.

— Это оно? — спросил Жбачинский как можно более равнодушно.

— Да…

— А выглядит совершенно безобидно… ну, да ладно. У него есть еще?

— Кажется, да…

— И где Серебряков хранит эту жидкость? — поинтересовался штабс-ротмистр.

Диана пожала плечами.

— А он вел какие-нибудь записи?

— Я не видела. Он всегда говорит, что секрет смеси доступен каждому, он написан в древнем гимне. Его надо только правильно понять.

Жбачинский задумался. Если один профессор смог расшифровать состав, значит, подобное открытие может сделать и другой. Надо срочно принять меры, чтобы все осталось в строжайшей тайне.

А вот что делать с Дианой?

Она стала тайным агентом случайно. Год назад приехала в Петербург из малороссийского городка поступать на словесно-историческое отделение Бестужевских курсов, чтобы получить аттестат учительницы. Но как-то раз, идя по Литейному проспекту, увидела, как два негодяя напали на пожилую даму, вырвали из рук сумочку и скрылись в проходном дворе. Городовой попытался бежать за ворами, однако быстро утомился и махнул рукой.

Диана немедленно пришла в ближайший полицейский участок, рассказала о возмутительном происшествии и заявила, что хочет поступить в отделение охраны порядка. Дежурный чиновник от удивления чуть не упал со стула. Но в участке как раз находился Жбачинский.